Примерное время чтения: 7 минут
303

Пока гром не грянет. Области нужен закон об обязательном разминировании

На минувшей неделе в области случилась трагедия: в посёлке Кострово отец с сыном занимались сбором металлолома и подорвались на боеприпасах. 62-летний мужчина нашёл снаряд и пытался очистить его от земли. Боеприпас сдетонировал - калининградцу сильно травмировало кисти рук. Сын с осколочным ранением в плечо повёз отца в больницу, но по дороге тот умер. Молодой человек госпитализирован в состоянии средней тяжести. Такие случаи в области происходят периодически, ведь земля буквально нашпигована «железом войны».

О том, как снизить риски для населения, говорим с военным инженером, гендиректором Центра инженерных изысканий «Импульс-М» Юрием Дементьевым.

Эхо войны

- Юрий Викторович, сколько в нашей земле ещё лежит таких смертельных «сюрпризов»?

- Точной цифры не знает никто, может, десятки тысяч... В своих воспоминаниях маршал Василевский пишет, что при подготовке второго этапа Восточно-Прусской наступательной операции сюда загнали столько эшелонов боеприпасов, столько артиллерии, сколько немцам и не снилось. Кроме того, после войны на территории региона остались немецкие боеприпасы. Мы работали в том же Кострово Зеленоградского округа. Там у немцев были склады, часть их подорвали. Под развалинами погребена масса снарядов.

После войны и на своей земле  разминировать пространство было некому.  А тут - ненавистная Восточная Пруссия! Судьба области была непонятна. Органы НКВД, в чьи функции входила очистка территорий в глубоком тылу, сюда ещё не пришли. Армия собрала что могла, оставив местные органы власти наедине с серьёзной проблемой. Боеприпасов оставалось столько, что жители к ним привыкли. И сейчас их обнаруживается столько, что без работы сапёры никогда не останутся.

- Сейчас сапёры выезжают, в основном, по звонку застройщиков. А ведётся ли работа по разминированию на опережение?

- Вся территория области высокоминоопасна. И с годами риск ниже не становится. Разминировать её полностью невозможно - на это нет ни сил, ни средств. А главное - нет юридической базы. В своё время губернатор Леонид Горбенко издал указ, по которому строители были обязаны до начала работ разминировать участок. Затем на смену пришёл Владимир Егоров. На время болезни его заменял Михаил Цикель, который волевым решением этот указ отменил. С тех пор работы производятся только по заявкам. При Георгии Боосе инициативная группа депутатов облдумы дважды рассматривала закон об обязательном разминировании Калининградской области, но, насколько я знаю, губернатор его не подписал. Проблемы как бы и не существует. Хотя только одна наша небольшая организация каждый год сдаёт сотни взрывоопасных предметов, обнаруженных в разных частях области. Вот только «свежие» февральские примеры: с «Автотора» (он строит цеха) вывезли 28 боеприпасов.При строительстве нефтепровода Д-33 в районе Взморья вытащили два здоровенных 152-миллиметровых снаряда. На строительстве ФОКа в Мамонове обнаружили 8 боеприпасов.

- Где в Калининграде нужно поработать сапёрам?

- В облцентре самое потенциально опасное место - Северная гора, район Пехотной и  Краснокаменной улиц (т. н. Семиозёрка). Там находился Кёнигбергский арсенал, который дважды взрывался в 1918 и в 1922 годах, да так, что вагоны на нынешней ж/д ст. Кутузово-Новое сбрасывало с рельсов, а снаряды разлетались в радиусе до двух километров. Мы вывозили снаряды тачками. Начни сейчас копать - найдёшь то же самое. Территория пос. А. Космодемьянского, наверняка, начинена боеприпасами, да и в целом вся южная часть города вокруг шоссе на Мамоново. Там 11-я армия наступала в течение нескольких месяцев - живого места не было. Не мешало бы обследовать пос. Прибрежное и Балтрайон, где шло артиллерийское наступление. Десять лет назад вели водовод на Орудийной. Обследовали участок - аппаратура показала аномалию. Начали копать и обнаружили инженерный двухкилограммовый немецкий боеприпас, лежавший на авиабомбе. 30 лет над ним ходили машины. Просто повезло, что он не ожил.

Разминировать город нужно обязательно. Но сапёры не могут начать работу до старта  земляных работ. Там кабели, инженерные сети, асфальт… Вот когда те же дорожники перекрывают дорогу, мы начинаем копать вместе с экскаватором. Строители не спешат тратить средства на разминирование - им это невыгодно. Но ГУ МЧС России в нашей области всегда на страже и выписывает предписания на очистку социально значимых территорий. Проблема в том, если объект не социально значим, предписание на очистку территории могут не выдать, даже если она потенциально опасна.

Мины ждут своего часа

- Как вы определяете  потенциально опасные места?

-  Я на наши города смотрю не как турист. Обращаю внимание на стены - есть ли на них следы осколков, пустующие территории (здания могли быть уничтожены во время военных действий). Написал методику по определению минной опасности, там 14 пунктов. Начинаю знакомство с местностью с оперативных карт. Сначала - с фронтовых, где обозначены рубежи, сроки и вооружённые силы. Если достанется дивизионная - удача, полковая - замечательно! Затем сверяюсь с энциклопедическими источниками, поднимаю журналы боевых действий.  Они часто плохо читаемые, выцветшие. Сравниваю с другими историческими материалами. Это большая работа, но она даёт представление о том, что нас ожидает. Так, я нашёл фото участка, который мы разминировали в Мамоново. Думал, обнаружу там бомбы (там бомбили не раз), но, видимо, они разорвались. Нашли 8 снарядов. Необходимы мониторинг потенциально опасных мест области и электронная карта уже очищенных участков, но сомневаюсь, что этим кто-то занимается.

- А сколько стоит очистить территорию от взрывоопасных предметов?

- Есть Приказ минрегиона от 2010 г. с таблицей цен, которым руководствуются все специализированные организации. Стоимость работы зависит от уровня опасности, засорённости, типа местности. К примеру,  сегодня я делал смету по очистке 7,2 га пляжа в Пионерском. Получилось с НДС 4 млн 419 тыс. 970 руб. И это ещё небольшая цена: 613 тыс. руб. за гектар. Но реально ты никогда не получишь такие деньги. Сапёры  работают и за 10-20 %, отсюда и качество. Выкопать снаряды с 6 метров (считается, что глубже боеприпасы не проникают) без техники невозможно. На помощь приходят ферроградиенометры, реагирующие на магнитное поле предмета. Или же применяют геолокаторы. Но пользоваться последними в области не умеет практически никто, кроме нескольких аспирантов БФУ им. И. Канта. Чтобы  работать геолокатором, нужно готовить площадку, однако на практике никто этого не делает. Поэтому чаще работают на поверхности миноискателем. У него захват больше, и он практически не выходит из строя.

- Допустим, появится закон о разминировании. А есть ли в области специалисты?

- В регионе немало выпускников Краснознамённого училища инженерных войск имени А. А. Жданова. Это профессиональные минёры, но большинство уже на пенсии. При желании можно организовать обучение специалистов. Нужна юридическая база. Сегодня застройщик в законе не заинтересован. Но, если затраты ему компенсирует государство, ситуация изменится. Такой закон есть в Питере, в Ленинградской области, в Краснодарском крае. У нас же пока гром не грянет, мужик не перекрестится. Случай с отцом и сыном не единственный. Сейчас из-за бедности многие копают «железо». Мы работали в глубинке на одном из объектов. Когда уже всё очистили, разрешили местным жителям подобрать оставшееся «железо». Люди налетели как тараканы  - тащили всё подряд: и проволоку, и профлисты.

Кстати
Сапёры Балтфлота обезвредили около 1 300 снарядов времён ВОВ в пос. Кострово. По предположению специалистов, в этом месте в годы войны располагалась зенитная батарея фашистских войск. Обнаруженные боеприпасы вывезли на полигон для уничтожения. Всего с начала 2023 года специалисты групп разминирования морского инженерного полка Балтфлота обезвредили более 1,5 тыс. боеприпасов, отработали 55 заявок на их вывоз.

- Есть мнение: зачем тратиться на специалистов - земля сама вытолкнет снаряды, да и со временем мины теряют свою силу.

- Боеприпасы выталкивает из земли там, где они находятся выше уровня промерзания грунта. Но там, где он залегает ниже, так и останутся. Мало того, снаряды крупного калибра и авиабомбы способны проникнуть на глубины в несколько метров. Обнаружить их может только техника. Мины ждут своего часа. И никто не скажет, что там происходит внутри. Возможно, взрыватель взведён, и достаточно удара ковша экскаватора или неосторожного движения, чтобы он ожил.

Взрывчатые вещества, за редким исключением, сохраняют заводские свойства много лет. В конце войны в Германии был дефицит взрывчатки, часто тротил частично заменяли гексогеном и использовали опасные смеси. К примеру, пикриновую кислоту, соли которой взрываются при любом ударе и даже трении. Особенно опасны кассетные авиабомбы SD-1 и SD-2 (немцы делали их со всебойным взрывателем ). Их  нельзя даже шевелить. Скорее всего, они и сейчас готовы к начальному импульсу. Вывоз обнаруженных боеприпасов службы Балтийского флота и МЧС производят бесплатно. Нужно просто позвонить в полицию.

Досье
Юрий Дементьев. Родился 15 июня 1948 года 
в Симферополе. Окончил Высшее военно-мор-
ское училище радиоэлектроники им. Попова; Военно-мор-
скую академию им. Маршала Советского Союза А. А. Гречко. Служил на кораблях ВМФ. Преподавал в Калининград-ском военно-морском училище дисциплину «Боевое применение средств связи», доцент. Возглавляет ООО Центр инженерных изысканий «Импульс-М».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах