Докажи, что памятник. Почему спасать «историю» предлагают энтузиастам

Скульптура Иммануила Канта в Калининграде - под охраной. © / Станислав Ломакин / АиФ

В России кардинально изменились требования к выявлению, содержанию и охране памятников. Причиной тому - вступившая в силу новая редакция федерального закона об объектах культурного наследия и многочисленные подзаконные акты.

   
   

Очередь растёт

Калининградская область - регион, где практически каждый дом - памятник истории. Без «охранного обязательства» собственник не может сделать даже ремонт, не говоря уже о продаже. Чтобы получить такой документ, нужно заказать технический осмотр здания, получить соответствующий акт. Раньше «раритетами» местного значения (их более 500) занимались муниципалитеты, сейчас - региональная Служба.

«Работы существенно прибавилось. У нас уже образовалась очередь из частных лиц и организаций, которым необходимо «узаконить» объект, - говорит Евгений Маслов, руководитель Службы госохраны объектов культурного наследия области. - Каждую неделю получаем по нескольку новых заявок. Например, сейчас РПЦ завершает восстанавливать руины кирхи в Краснолесье. Идёт работа над интерьером. Чтобы получить следующий транш от государства, нужен новый акт технического осмотра, который составит наш специалист. Нужно выехать на место, а это край области. И таких объектов немало.

Многие регионы просто прекратили выдавать «охранные обязательства»: мол, нет подзаконного акта - нет и памятника (пакет поправок к закону готовили 4 года. - Прим. авт.). Наша Служба нашла выход из ситуации: вместо охранных «грамот» выдавали «уведомления о соблюдении требований законодательства», которые принимали в Росреестре. Собственники не пострадали: сделки приостанавливать не пришлось».

Кирхи - визитная карточка Калининградской области. Фото: АиФ/ Станислав Ломакин

Две стороны медали

Главное нововведение - изменился порядок выявления объектов культурного наследия. Он стал более жестким. Раньше «любитель истории» в попытке насолить соседям, затеявшим грандиозный ремонт, мог заказать у аттестованного специалиста экспертизу - и памятник были обязаны поставить на учет. Теперь к экспертизе допускают не всех и не сразу: инициатор должен собрать солидный перечень научных и архивных документов, где есть данные о времени создания, авторстве, стиле, исторической ценности объекта. То есть доказать, что он действительно достоин статуса памятника.

«В среднем в регионе ежегодно ставят на учет 20-25 памятников, - говорит Маслов. - Если документы по ним будут подготовлены качественно, выиграют все, в том числе собственники. В случае необходимости, им будет легче доказать свою правоту в суде. Часто инициативу по «спасению» памятника проявляют общественные организации. Их позиция: мы вам сообщили о проблеме, а вы её решайте!

Большинство же не делает ничего, кроме голословных заявлений. Но есть и другие примеры: когда мы готовились к 70-летию Победы, энтузиасты сами сверили фамилии погибших бойцов на мемориале, устранили ошибки. Вот это истинный патриотизм! Но существует и другая сторона медали. По сути, бремя сбора доказательств перекладывают на инициатора «узаконивания» памятника».    
   

А вот требование нового закона о невозможности строительства в границах территорий объекта (закон их конкретизировал) убережет объекты культурного наследия от нерадивых компаний-застройщиков. Если полтора-два года назад, в регионе были определены границы (зона охраны) всего нескольких объектов из 1500, то сейчас - 50%. Среди них - памятники археологии, архитектуры и истории, скульптуры и парки. Проделана действительно огромная работа, если учесть, что специалистов в Службе всего семь.

Как после бомбёжки

Беда в том, что многие памятники - в плачевном состоянии. Например, когда вскрыли исторический фасад корпуса БФУ им. И. Канта на ул. Университетской, начал сыпаться кирпич. После бомбежки английской авиации здание сильно пострадало, стены собирали наспех. Их пришлось выкладывать заново. Подобные проблемы были и при реставрации корпуса на ул. Чернышевского, зато теперь вчерашние студенты его не узнают - картинка! В ближайшее время на конкурс выставят задание по созданию проекта сохранения оранжереи Ботанического сада. В этом году руководство БФУ планирует провести торги, создать проект и закупить металлоконструкции.
Корпус БФУ им. И. Канта на ул. Чернышевского не узнать, даже часы запустили. Фото: АиФ/ Станислав Ломакин

Здание «Кройц-Аптеки», судьба которого волнует всех горожан, выставят на электронный аукцион в ноябре. Город изъял его по суду у предыдущего владельца. Теперь готовит документацию на проведение торгов - ищут нового собственника. Хотя шансы, что он объявится, крайне малы - на дворе кризис. В любом случае, Служба выставила свои требования по будущему облику здания и обещает контролировать всё, что с ним будет происходить.

Кройц-аптека. Фото: Администрация Калининграда

Ходили слухи, что здания бывшего мясокомбината на Аллее Смелых снесут и построят жилой квартал. Евгений Маслов пояснил, что этот объект имеет охранный статус. А раз его нельзя сносить или проводить реконструкцию, то и построить что-то новое на этом месте невозможно. Исключить мясокомбинат из реестра объектов культурного наследия крайне сложно. Уровень этого решения - распоряжение Правительства РФ.

С начала года в области отремонтировали 150 памятников за 500 млн рублей. Самый дорогостоящий - башня «Кронпринц», на него выделили 230 млн рублей.

А сколько строений, которые требуют внимания на востоке области! Туроператоры просят их как можно быстрее восстановить, чтобы разработать новые маршруты и показывать гостям. Потихоньку дело движется. Так, на реставрацию замка «Бранденбург» в поселке Ушаково «федералы» предварительно одобрили 29 миллионов, но не исключено, что добавят еще деньжат. Идут восстановительные работы в поселке Луговом. Кирху в Ясном Славского района будут реставрировать на следующий год.

«Узаконили» бюрократизм

«Законодатели, по сути, переложили бремя сбора доказательной базы на энтузиастов, - считает краевед Борис Адамов. - Это им надо собрать кучу материала. Не в каждой открытой библиотеке есть такая информация, а тут надо сидеть в архивах, перелопачивать научную литературу, каталоги и справочники. Кто может себе позволить потратить на это столько времени?!

У любого пропадёт всяческая охота заниматься спасением исторических объектов, тем более есть служба профессионалов, которая за это деньги получает. У них есть база данных, эксперты. Потом скажут, мол, справка не той формы - донесите. И начнётся волокита. В результате такого узаконенного бюрократизма вновь выявленных памятников будет гораздо меньше, а руин больше. Их могли бы охранять, а они будут гнить и рассыпаться. Непонятно, какой логикой руководствовались законотворцы. Наверное, принципом: чем меньше памятников, тем спокойнее жить. У нас часто проверяют законы на коррупционную составляющую, жаль, не проверяют на бюрократизм. На мой взгляд, это тот самый случай! Последствия для области будут печальными».