aif.ru counter
04.10.2016 11:41
Татьяна Остапова
4403

Между двух зол. Почему акушеры против запрета на аборты

Быть матерью трудно. Но оно того стоит.
Быть матерью трудно. Но оно того стоит. © / Станислав Ломакин / АиФ

На прошлой неделе Патриарх Кирилл подписался под обращением о запрете  абортов и  репродуктивных технологий. Правительство РФ поддержало инициативу сенатора Мизулиной об упразднении «бэби-боксов».

Эти сообщения вызвали неоднозначную реакцию в обществе. У врача-ординатора ЦГБ Калининграда Нины Черняк стаж работы акушером-гинекологом почти полвека и свой взгляд на проблему. С медиком побеседовал журналист «АиФ-Калининград».

Мы это проходили

Нина Черняк.
Нина Черняк. Фото: АиФ/ Станислав Ломакин

«Аборт - это убийство и грех, - однозначно говорит она. – Доказано, что у эмбриона на раннем сроке есть сердцебиение, он реагирует на боль и отстраняется от луча света, направленного на живот матери во время операции. Но официальный запрет абортов может породить еще большее зло: вал криминальных смертей. Всё это страна проходила - 20 лет запрета обернулись ростом материнской смертности».  

Нина Алексеевна окончила Первый медицинский институт. В 1970 году приехала в Калининград.  Год проходила интернатуру в областном роддоме.

«До сих пор помню, как привезли 23-летнюю женщину с заражением крови после криминального аборта. Спасти её не удалось, трёхлетний сын остался без мамы, - вспоминает она. - Тогда искусственное прерывание беременности делали без ограничений всем желающим. Но многие женщины не обращались к врачам, боясь огласки. Не хотели, чтобы муж-моряк узнал правду, и предпочитали «надомниц», калечивших их тела.  В результате - сепсис, кровотечения. Ситуацию осложняло то, что средств контрацепции почти не было. «Изделие № 2» командировочные везли из Москвы чемоданами».

В 90-е годы абортарий находился в горбольнице № 7 Калининграда. Туда приходили по 7-8 женщин в день. В облцентр прибывали автобусы с пациентками из соседней Польши, где аборты были запрещены.

«Мне на своем веку приходилось и роды принимать, и аборты делать. Такая рутинная работа, - говорит Нина Алексеевна. - Спустя годы, в Прощёное воскресенье, просила у батюшки отпустить грех. Не отпустил.  Но, если бог есть, рассудит: спасенных было больше. Помню, когда работала акушером-гинекологом в Краснознаменском районе, одна из женщин пожаловалась, что ее, как она подозревает, беременная сотрудница не вышла на работу. Пришла к ней на дом. Та правды не говорит: мол, все хорошо, а сама за живот держится. Наконец, призналась, что родила, а как быть с ребенком не знает. Отыскала я его на чердаке в тряпку замотанного. Схватила и побежала в роддом. А мать потом от него отказ написала. Сейчас это уже взрослый мужчина.

Несколько лет назад в городской больнице спасали мать с погибшим плодом. Сделали операцию, а кровотечение не останавливается. Это так страшно, когда на твоих глазах жизнь уходит! Обзвонила всех, кого могла. Нашли в детской онкогематологии две ампулы препарата. Остановили кровь, женщина осталась жива. Потом с мужем усыновила ребенка». 

Платить придётся

В 2013 году была попытка вывести аборты из перечня бесплатных медуслуг, но законопроект вернули. Медик считает, что зря. Почему государство должно платить за чьё-то безответственное поведение?

«Для многих женщин аборт – неприятная процедура, сделать которую все равно, как выпить стакан воды, - переживает она. - Хотя после 12 недель беременности процент осложнений чрезвычайно высок. Из-за того, что плод сформировался, операция делается практически вслепую, высока вероятность повреждений органов. Но женщины об этом не думают. Их чаще волнует – не растолстеют ли они от гормональных препаратов. А если заплатят за операцию, может, и призадумаются».

По закону, в день обращения женщина не может сделать аборт. Ей дают «неделю тишины» - услышать сердцебиение еще не рожденного ребенка, сделать выбор. Платить за него все равно придется самой – не сразу, так потом. Но это право выбора, наверное, должно быть.

«Задача государства – создать условия, чтобы семьи не бедствовали, - считает врач. - Чтобы уход в декрет не ставил женщину на грань нищеты. Чтобы пособие было достойным, а цена на контрацептивы не зашкаливала.  Вот куда нужно приложить энергию, а не диктовать, как поступать в той или иной ситуации. Тем более, грешно лишать женщину единственной возможности забеременеть с помощью экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). Генная инженерия шагнула далеко вперёд, и скатываться в Средневековье глупо». 

Доводы, что «бэбби-боксы» надо запретить, поскольку ребенок имеет право знать о своей матери, по мнению врача, не поддается критике.

«Те, от кого пишут отказ в роддоме, также никогда не узнают своего прошлого, - говорит она. - И неважно, что «окном надежды», который установили в 4 роддоме три года назад, пока никто не воспользовался.  Это шанс, что ребенка не выбросят в мусорный контейнер. Сколько таких случаев было! Много лет назад из больницы сбежала женщина с ребенком. Патронажная сестра пришла навестить ее домой, а малыша нет. Таксист, который подвозил мать в деревню, помог ее найти. Она призналась, что не было средств, чем кормить младенца, убила и закопала его в лесу. Была совершенно дикая история, когда мать троих детей родила четвёртого в ванной комнате и удушила. 19-летняя студентка родила ребёнка в общежитии и утопила в унитазе. Вот от этого страшно!»

Справка
Сейчас на сроке от 12 до 22 недель прервать беременность можно только по медицинским показаниям. Раньше во внимания принимались социальные причины: недостаточность жилой площади, необеспеченность матери-одиночки и даже нелюбовь к мужу. Затем этот перечень постоянно урезали. Сейчас, по сути, остался один повод - беременность после изнасилования.

Оставить комментарий (4)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество